ПОВТОРНАЯ СУДЕБНО-ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА

30 июля 2007 года я на машине скорой помощи был снова отвезен из больницы имени Кащенко в шестую психиатрическую больницу на повторную судебно-психиатрическую экспертизу.
В приемном покое я встретил Татьяну Дмитриевну Андрееву (моего прошлого эксперта), которая беседовала с вновь поступившим подэкспертным -пожилым мужчиной с бородой, которого звали Андрей Владимирович.
В приемный покой вошел седой пожилой мужчина крупного телосложения и высокого роста, в очках.
"Меня зовут Валерий Витальевич, я ваш лечащий врач"- сказал мне мужчина.
"Очень приятно"- ответил я.
Впоследствии я узнал,что он работает судебно-психиатрическим экспертом сорок лет.
Валерий Витальевич Фаддеев изучал мои документы и задавал мне вопросы.
«Почему вы не хотели ехать к нам на повторное обследование?»- спросил меня он.
«Я боялся, что результат будет прежний»- ответил я.
«Но ведь в первой экспертизе было написано, что в состоянии возможно улучшение. Вам знакома эта формулировка?»- спросил меня Валерий Витальевич.
«Да»- ответил я.
У меня появилась надежда, что все наконец будет нормально.
«В больнице имени Кащенко вам давали сенопакс, может быть ненужно его вам давать здесь»-спросил меня Валерий Витальевич.
Я ответил, что ненужно. В приемном покое меня помыли, я сдал свою одежду, мне разрешили оставить свои тренировочные штаны и футболку.
Валерий Витальевич отвел мня на второй этаж, где находится 7 экспертное отделение, в этот момент шел обед, он велел покормить меня и распорядился чтобы меня положили не в надзорную палату, а в палату номер 4.
Это еще более укрепило мою надежду на положительный исход экспертизы.
Я стал осматривать 7 отделение, которое я видел до ремонта. Был постелен новый линолеум, на стенах висели картины, перед входом висело изображение Христа, во 2, 3 и 4 палатах стояли диваны и кресла.
В комнате отдыха на стенах висели картины, стояло пианино, было множество цветов.
Вход больных в нее был почему-то запрещен.
В коридоре я разговорился с молодым мужчиной, которого звали Дмитрий.
Он сказал мне, что его обвиняют в покушении на убийство жены. Я рассказал ему свою историю. Мы сели играть с ним в шахматы. Впоследствии я узнал, что ему 30 лет, он кандидат экономических наук и работал раньше коммерческим директором одной из фирм. На столе стояли нарды, которых не было во время первой экспертизы. В нарды я играть не умел.
В коридоре, как и в прошлый раз, стоял небольшой книжный шкаф. Я выбрал среди книг детектив «Смерть на кончике хвоста» и стал его читать. Вечером я позанимался спортом, посмотрел телевизор и лег спать.
Проснулся я рано, умылся, сделал зарядку.
Официально подъем в 7 часов, но спать можно до завтрака, который около 9 часов. Медицинский персонал дежурит сутки, смена в 9 часов дня, в это же время приходят врачи. У меня взяли анализ крови, днем меня отвели на третий этаж, где мне сделали рентгенограмму черепа.
Два раза в день мне давали пирацетам - ноотропное средство для улучшения работы мозга.
Мне хотелось поиграть с кем-нибудь в шахматы, но я не мог найти себе шахматного партнера.
На следующий день меня отвели в другое здание, где мне сделали энцефалограмму. Меня вызвал на беседу Валерий Витальевич Фаддеев.
«Помните, вы в больнице имени Боткина лежали в боксе с решеткой. Вспомните, как было на самом деле, это имеет большое значение для экспертизы»-сказал мне Валерий Витальевич.
Я рассказал ему, как было на самом деле.
«Собирается ли вас навещать ваш адвокат?»-спросил меня Валерий Витальевич.
«Не знаю»-ответил я.
«Мне необходимо как можно скорей заказать все ваши истории болезни, быть может он может помочь мне в этом»-сказал Валерий Витальевич.
Я ответил, что могу дать ему номер телефона моего адвоката.
«Ни в коем случае, нам категорически запрещено входить в контакт с кем-либо из участников процесса»-сказал мне Валерий Витальевич.
Он спросил меня, хватает ли мне еды.
Я ответил, что в принципе хватает, но от большего я бы не отказался.
Я сказал ему, что мне нужно позвонить другу и он разрешил мне вечером позвонить.
Валерий Витальевич вел себя подчеркнуто вежливо. Распрашивал меня,интересуюсь ли я психологией и какие книги на эту тему я читал.
Спрашивал про мои другие интересы,особенно его заинтересовал мой интерес к народной медицине.
Я сказал ему,что одно время одно время для улучшения самочувствия пользовался адаптогенами,Валерий Витальевич попросил меня перечислить известные мне адаптогены,что я сделал,за что он меня похвалил.
Он постоянно делал какие-то записи на листке бумаги. "Да, с памятью у вас безусловно все нормально"-сказал Валерий Витальевич
Он попросил меня рассказать историю о том,как мой отец покончил жизнь самоубийством.
Я все подробно рассказал ему,о чем в будещем пожалел...
Эта история имеет прямое отношение к психиатрии.
Мой отец Круглов Олег Михайлович ушел из семьи,когда мне было два года.Причину развода моих родителей я точно до сих пор не знаю,вероятно это был конфликт между тещей и свекровью.
Рассказывали,что они расставались как друзья.
После развода отец оставил нам двухкомнатную квартиру в Павловске,где он раньше проживал с матерью, а сам переехал в комнату в коммунальной квартире на улице Ленина в Петроградском районе Ленинграда,где раньше проживали мы.
После развода я видел отца живого только один раз.
В 1987 году,когда я служил в армии в городе Бене Латвийской ССР,я получил телеграмму о смерти моего отца и был отпущен в отпуск на его похороны.
Его соседка по коммунальной квартире рассказала историю этой трагедии.
В ящике его письменного стола я обнаружил пачку патентов-мой отец работал ведущим инженером на заводе "Красная Заря."
На похоронах в крематории было много народу, основном это были его сослуживцы-на работе мой отец пользовался уважением.
На поминках коллега моего отца рассказала историю произошедшей с ним трагедии.
Завод "Красная Заря" являлся секретным предприятием ("ящиком")-он производил аппаратуру для подводных лодок.
Его коллега рассказалачто мой отец стал заниматься на работе странными,о ее словам,вещами: аппаратуру,которая была предназначена для подводных лодок ,он использовал не по назначению-для изучения проблем биополя (он с детства увлекался бионикой).
Вероятно кто-то стуканул об этом районному психиатру и мой отец был отправлен на лечение в психиатрическую больницу имени Кащенко.
После выписки он больше этими вещами не занимался и по словам его коллеги,все были очень удивлены,когда он вторично был госпитализирован в больницу имени Кащенко.
После выписки он взял больничный лист и покончил с собой.
Второй раз он не женился,проживал вместе с матерью Натальей Ивановной коммунальной квартире.
Вероятно, на работе сказали ему,что больше ведущим инженером он работать не сможет, а работа была смыслом его жизни.
Его мать умерла в этот же день,когда ее везли в больницу на машине скорой помощи.
Впоследствии в заключении судебно-психиатрической экспертизы я прочел запись:"Круглов К.О. родился в наследственно отягощенной семье психическим заболеванием отца."
Вечером я позвонил своему другу Алексею Пожилову и он обещал навестить меня в больнице.
Через несколько дней Алексей пришел ко мне на свидание,но ко мне его не пустили,так как он не является моим родственником,ему удалось только передать мне передачу-большой пакет с фруктами.
Я познакомился с подэкспертным, которого звали Андрей Владимирович. Это был пожилой седой мужчина, он сказал, что ему 54 года, он писатель, считает себя христианским психологом. Я рассказал ему свою историю.
Андрей Владимирович сказал,что я столкнулся с самым страшным, по его словам-c местью женщины.
Он рассказал мне свою историю.
Андрей Владимирович сказал мне, что его обвиняют в причинении насильственных действий против собственной матери, якобы он избил ее, надел на голову ведро, сломал руку и т.д.
Он сказал мне, что у него есть железное алиби: в этот день он находился на даче. Несмотря на это, по его словам, женщина-следователь все равно пытается доказать его вину.
Андрей Владимирович сказал мне,что считает психиатрию лженаукой,так как с помощью таблеток невозможно вылечить психическое заболевание.
Он сказал, что мне нужно рассказать свою историю Алексею Владимировичу, который тоже находился на экспертизе.
«Он адвокат, наверняка он чем-нибудь вам поможет»-добавил он.
Андрей Владимиирович рассказал мне случай,который он услышал на лекциях по аутогенной тренировке,которые проводил психотерапевт Петр Григорьевич Зорин в восьмидесятые годы в Ленинграде.
Я тоже посещал эти лекции,которые Петр Григорьевич читал в доме офицеров на Литейном проспекте и эту историю также слышал.
Девушка поступила в психиатрическую больницу из-за нервного стресса.
Через некоторое время у ней почему-то нарушилось ощущение собственного лица-она ощущала смещение в ощущении рта,носа и других частей лица.
Петр Григорьевич владел гипнозом,он также лечил людей методом коррекции биополя.
Используя свою методику,он вернул девушку в нормальное состояние.
У Петра Григорьевича сомнений не вызывало,что подобный деффект был вызван побочным действием нейролептиков.
Он сказал об этом ее лечащему врачу,но тот ответил категорически-она должна пройти курс лечения!
Через некоторое время девушка покончила с собой.
Впоследствии,вспоминая этот случай,Пётр Григорьевич говорил: "Психиатры будущего узнают,какое преступление совершали их предшественники,давая людям эти лекарства."
Вскоре Алексея Владимировича перевели из надзорной палаты в нашу и положили рядом со мной.
Это был молодой мужчина 37 лет, он сказал, что работает адвокатом, раньше занимался гражданскими и уголовными делами, последнее время участвовал в арбитражном процессе. На экспертизе находился, как и я, второй раз. Выслушав мою историю, он мне посочувствовал и сказал, что если будет опять плохое заключение экспертов, (деменция или что-то вроде нее) он придет на суд, как свидетель и я записал его телефон, который впоследствии к сожалению потерял.
Он также сказал мне,что меня не должны были снова ложить на экспертизу в шестую больницу,так как существует такое понятие,как корпоративная солидарность.
У Алексея Владимировича было с собой много детективов, некоторые из них я брал почитать.
Андрей Владимирович выразил уважительное отношение к йоге,сказал,что ему особенно нравится интегральная йога,добавил,что раньше занимался тантра-йогой.
Однако реинкарнацию (переселение душ) он считал полнейшей ерундой.
Андрей Владимирович сказал,что Николаев якобы убил Кирова после того,как застал его в его кабинете со своей женой-они там занимались любовью.
С спросил его про источник информации,но он не ответил.
К нам в палату перевели молодого мужчину высокого роста и крупного телосложения, которого звали Ростислав П.
Ему было около 30 лет.Ростислав сказал,что его можно называть Ростик. Он сказал, что недавно приехал с Сахалина, сейчас проживает в поселке Елизаветино Волосовского района. Он рассказал свою историю: поставил где-то бутылку водки, какой-то мужик хотел ее украсть, из-за чего возникла драка.
Другой мой сосед по палате был молодой парень Иван, около 25 лет, родом из Лодейного Поля. Ему инкриминировали тяжкие телесные повреждения.
Позднее к нам на отделенние поступил мужчина невысокого роста и плотного телосложения на вид около сорока лет,его, как и я –Кирилл.
Он был с ног до головы весь в наколках -на плечах были погоны, на шее была изображена свастика.
Он сказал, что 20 лет отсидел.
Однажды во время обхода к нам в палату зашли Татьяна Дмитриевна Андреева и Валерий Витальевич Фаддеев и Татьяна Дмитриевна спросила,как у меня дела(!?).
Я ответил, что у меня все нормально.
"Он,наверное, на меня обиделся"-сказала про меня Татьяна Дмитриевна Валерию Витальевичу.
"Ну, что вы"-сказал Валерий Витальевич.
Впоследствии он еще пару раз вызывал меня на беседу, расспрашивал про мои интересы, сказал мне, что якобы интересуется дзен-буддизмом и спросил меня, знаю ли я, что такое коан. Я ответил, что знаю.
Каждый день по вечерам я занимался спортом-гимнастикой на основе хатха-йоги, днем я читал книжки, играл в шахматы и шашки, Андрей Владимирович пытался научить играть меня в нарды, игра мне не очень понравилась. По вечерам мы смотрели телевизор.
В хорошую погоду перед обедом по будним дням нас выпускали на прогулку (с разрешения врача, конечно),которая проходила в огороженном дворике, который находился рядом со зданием больницы. Прогулка длилась примерно час. Персоналу было дано целеуказание - каждый день описывать поведение подэкспертных, которое потом должны были изучать эксперты.
Как я впоследствии я узнал, в моей экспертизе Валерий Витальевич написал ложную информацию - якобы я часами сидел в кресле или лежал в кровати и смотрел в одну точку, держался замкнуто, отгорожено, ни с кем не установил приятельских отношений,длительное время,не обращая внимание на окружающих,медитировал в позе лотоса.
Все это было написано для того, чтобы выявить у меня аутизм -патологическую замкнутость.
Меня на беседу снова вызвал судебно-психологический эксперт Максим Безвершенко.
"Когда мы с вами последний раз встречались?"-спросил он меня.
"Где-то во второй половине октября 2005 года"-ответил я ему.
Полистав свои бумаги,он сказал мне, что в прошлый раз ничего серьезного у меня не обнаружил.
Я снова прошел почти все тесты, на этот раз лучше, чем в первый раз.
29 августа была комиссия, я ожидал, что меня вызовут, но до обеда меня никто не вызывал, я думал, что сегодня комиссии для меня не будет.
Однако после обеда меня пригласили в ординаторскую.
Комиссия проходила в маленькой комнате, расположенной рядом с ординаторской.
На комиссии присутствовали: врач судебно-психиатрический эксперт высшей категории(стаж работы 40 лет) Валерий Витальевич Фаддеев и три незнакомых мне человека -мужчина и две женщины, они были без белых халатов.
Впоследствии я узнал,что это были судебно-психиатрические эксперты Астахова И.А.,Шапкина Я.В. и доцент кафедры психиатрии и наркологии института имени Павлова Н.Л.Скворцов.
На этот раз комиссия длилась более двух часов.
Вопросы в основном задавал мне Скворцов.
Он спросил меня,какое политическое событие произошло на этой неделе,я сказал,что не знаю,так как по телевизору на отделении смотрят только кинофильмы.
Тогда он спросил меня как, зовут президента России и губернатора Санкт-Петербурга...
Он также спросил меня: "Когда вас привезли из больницы имени Боткина,ваша жена за вами ухаживала,почему вы после этого считали,что она что-то пыталась сделать против вас".
Я ответил,что она за мной ухаживала,потому-что ей некуда было деваться.
"Но ведь она могла этого не делать"-возразил Скворцов (он вероятно смог так поступить...)
После двухчасового марафона Скворцов спросил меня,устал ли я.
Я ответил отрицательно,чем вызвал удивление (раздражение)экспертов (но я на самом деле нисколько не устал).
Тогда Скворцов попросил меня решить арифметический пример-из ста вычесть семь-сказать результат,затем снова вычесть семь и т.д.
В заключении Скворцов... пожелал мне удачи в разрешении моих проблем. 
Когда я пришел в палату,Алексей Владимирович сказал мне "Ну ты даешь!" (Он имел ввиду,что я так долго отсутствовал).
Я рассказал,что на комиссии со мной беседовал Валерий Витальевич и еше трое незнакомых мне людей в штатском (я имел ввиду без халатов).
Последние мои слова вызвали хохот в палате.
Затем я вышел в коридор и сел играть в шахматы.
На следующий день я спросил Фаддеева про результат, но он сухо мне сказал, что не имеет право мне его сообщать и я сам впоследствии его узнаю.
Вся предыдущая его любезность куда-то испарилась...
В этот день я на машине был отвезен в приемный покой больницы имени Кащенко на улице Седова,оттуда в опять в больницу имени Кащенко.
Впоследствии я узнал, что эксперты опять признали меня дураком, правда диагноз был другой:




КОММЕНТАРИЙ

Аутизм (греч. αυτός, autos — «сам», аутизм — погружение в себя) — психологический термин, используемый как для обозначения психического расстройства разных степеней тяжести, так и склонности (или даже неспособности) индивидумов иметь контакт с окружающими согласно общепринятым устоям и нормам.
Он может означать:
  • форму психологического отчуждения человека, при которой мысли, чувства и желания подчиняются внутреннему мироощущению. Стремление «уйти в себя». При этом человек, подверженный аутизму, стремится ограничить контакт с внешним миром и уйти от его общепринятых норм и понятий.
  • непатологическое стремление увлекаться собственным внутренним миром, фантазиями и мечтами, получать от этого удовольствие
  • патология, проявляющася в стремлении избегать или ограничивать контакты с окружающими, отсутствии потребности в совместной деятельности и общении. Нередко, такой аутизм рассматривается как психическое расстройство, но некоторые исследователи в этой области считают его неврологическим различием по сравнению с большинством индивидуумов, т.к. у многих аутистов наблюдаются существенные преимущества во внимании, памяти, мышлении, интеллекте, и тд. Степень аутизма может очень различаться — некоторые способны получить образование в общественных учреждениях и сделать карьеру, у других же наблюдается более глубокая форма, исключающая такую возможность.

    Амбивалентность (от лат. ambo-"оба" и лат. valentia — "сила")—двойственность отношения к чему-либо, в особенности двойственность переживания, выражающаяся в том, что один объект вызывает у человека одновременно два противоположных чувства.
    Термин введен Эйгеном Блейлером. По его мнению, амбивалентность — основной критерий шизофрении. Он выделял три типа амбивалентности:
  • эмоциональную: одновременно позитивное и негативное чувство к человеку, предмету, событию (например, в отношении детей к родителям)
  • волевую: бесконечные колебания между противоположными решениями, невозможность выбрать между ними, зачастую приводящая к отказу от принятия решения вообще
  • интеллектуальную: чередование противоречащих друг другу, взаимоисключающих идей в рассуждениях человека.

    ДАЛЕЕ:      СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС ПРОДОЛЖАЕТСЯ




  •  ОГЛАВЛЕНИЕ
     ПРЕДИСЛОВИЕ
      ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ
      ВПЕРВЫЕ В ДУРДОМЕ
      СНОВА ДОМА
     СНОВА В ДУРДОМЕ
      СУДЕБНО-ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА
     ПЕРЕД СУДОМ
     СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС
      ПО ПРЕЖНЕМУ В ДУРДОМЕ
     ПОВТОРНАЯ ЭКСПЕРТИЗА
     СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС ПРОДОЛЖАЕТСЯ
     БЕЗ ОПРЕДЕЛЁННОГО МЕСТА ЖИТЕЛЬСТВА
     ПОСЛЕДНЯЯ ЭКСПЕРТИЗА
     ПОСЛЕСЛОВИЕ


    группа ОНЕГИН-правовое обеспечение медицинской деятельности            

            ”ДАЛЬШЕ”





    Hosted by uCoz